twitter Facebook
140861 избирателей зарегистрировано
76315 верифицированных избираталей
82153 проголосовало на выборах в КС

Свободная тема

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Свободная тема

РЕФОРМА  СОЗНАНИЯ

 

 Переходный период даст стране легитимные органы законодательной и исполнительной власти. С какими первоочередными задачами придется столкнуться новорожденной демократической власти?

 Достаточно распространена точка зрения ( а в либеральной среде она просто господствует !), полагающая, что за последние двадцать лет в России  успешно построена рыночная экономика, но, к сожалению,  пока недостаточное внимание уделялось созданию демократических институтов. А вот теперь хорошо бы этот пробел восполнить.

Если это действительно так, то новые власти, а с ними и всю страну, получившую после окончания переходного периода и рыночную экономику и демократию в одном флаконе, ждет безмятежное будущее, над которым не стоит даже и ломать голову.

Однако согласиться с таким пониманием итогов посткоммунистического двадцатилетия категорически невозможно. Прежде чем приступать к реформированию какой-либо конкретной сферы общественной жизни необходимо понять, в какой базовой системе социально-экономических координат мы находимся и действуем.

 Сегодняшняя авторитарная, манипулятивная, выхолощенная политическая система — не какой-то досадный диссонанс с развитой рыночной конкурентной экономикой , а абсолютно органичная и функционально единственно возможная политическая надстройка сформированной  в стране экономической модели —криминального общака правящей "элиты".

 Показателен провал десятилетних усилий по проведению пенсионной реформы. Её авторы исходили из ложной предпосылки , что они работают в рамках рыночной экономики, где существует банковская система, которой  доверяет население, и где могут  функционировать  пенсионные фонды с  «длинными деньгами». Но никакая накопительная система для миллионов граждан не может возникнуть в воровском общаке. И попытка  проведения любой  реформы упрется в те же ограничения.

Либеральному сознанию предстоит очень серьезный и болезненный для самолюбия пересмотр итогов «реформаторской»  деятельности последних десятилетий.

 Экономика России не развивается не потому, что пенсионный возраст еще не поднят выше средней продолжительности жизни, а некоторые школьники еще позорно изучают математику бесплатно.

И даже не потому, что для "национального лидера" построено 26 дворцов, а капитализация только самых известных созданных им лично нагло и бесстыдно на глазах всей страны общаков —  Гангрены, Абрамовича,  Косого и Солдата — составляет более сотни миллиардов долларов.

Она безнадежно стагнирует, обрекая страну на вырождение, потому, что не может быть никаких творческих импульсов в мертвой среде, созданной «реформаторами», где вся вертикаль от нацлидера до участкового полицая набухла воровскими общаками, закупорившими все социальные лифты, и где собственность обусловлена лояльностью феодальному сюзерену.

Нет сегодня у страны более острой и неотложнойчисто экономической проблемы, чем избавление ее от захватившей в ней государственную власть мафии воров в законе.

Потанины, фридманы, дерипаски,  прохоровы, чемезовы, якунины  никакие не бизнесмены в классическом смысле этого слова и никогда ими  не были.

 Эти фактические чиновники и виртуальные бизнесмены получили возможность совершенно легально отчуждать в возглавляемые ими и, как правило, хранящиеся за рубежом общаки огромную долю национального богатства.

 К ним удивительно подходит чеканная формула, рожденная по другому поводу 67 лет назад —преступники, овладевшие целым государством и самое государство сделавшие орудием своих преступлений.

Номенклатурная пуповина, связавшая в конце 80-х — начале 90-х новорожденный российский капитализм с властью, не только осталась неперерезанной, но и выросла в огромную ненасытную кишку.

В нее провалились за двадцать лет и залоговые аукционы, и пирамида ГКО, и госкорпорации друзей, и империи тимченок, ковальчуков, шоломовых, ротенбергов. Континуальность этой приватизации страшна не столько даже вопиющей социальной несправедливостью, сколько прежде всего неэффективностью такой феодально-бюрократической формы "собственности", ее абсолютной нерыночностью.

Путь "собственника" к успеху в путинской России лежит не через эффективное производство и успешную конкуренцию, а через близость или прямую принадлежность к "властной вертикали", через эксплуатацию своего административного ресурса — маленького или совсем не маленького куска государства — и через абсолютную лояльность правящей бригаде и ее пахану.

Вина российских "реформаторов" вовсе не в том, что двадцать лет назад они не тем и не так раздали собственность. В начальной точке траектории это было почти неизбежно (коммунистическая номенклатура уже сама ее разобрала напрямую или через своих назначенцев) .

Беда в том, что они так и не создали и даже не попытались создать базовые инструменты конкурентной рыночной экономики и прежде всего цивилизованный институт частной собственности, отделенной от административного ресурса власти.

 Наши "реформаторы" прекрасно знают, и не только как академические исследователи, но и как успешно практикующие собственники, что любая частная собственность в России — от нефтяной компании до продуктового ларька — условна и даруется и изымается в жестком соответствии с приобретением или потерей номинальным  владельцем административного ресурса.

Такая система может при заоблачных ценах на нефть достаточно долго стагнировать, но никакое содержательное развитие и никакие инновации в ней невозможны в принципе.

Построение конкурентной рыночной системы на месте воровского общака путинской бригады без обрушения хозяйственной жизни страны — задача не менее, а  более сложная, чем восстановление политической конкуренции. Ее последовательное решение потребует принятия новым парламентом ряда законодательных актов, затрагивающих материальные интересы миллионов людей.

В отличие от более или менее консенсусной программы политического переустройства задача легитимизации собственности наверняка вызовет жаркие споры в обществе — от "все отнять и поделить" до  "оставить все, как есть". Кстати, обе программы мало чем отличаются друг от друга. Оставить все, как есть означает продолжать все отнимать и делить между своими. Наши "либеральные реформаторы" (шуваловы, дворковичи) , как свидетельствуют их кредитные истории, идеологически те же шариковы, только гораздо более циничные.

На самом деле обществу предстоит решить два разных вопроса:

а) как остановить непрерывное двадцатилетнее разграбление страны (перерезать номенклатурную кишку, соединяющую власть и бизнес одних и тех же людей)  и

б) что делать с уже награбленным.

Ключевое экономическое значение имеет первый вопрос, и его решение  в определенной степени  начнется  уже в переходный период средствами политического переустройства, т.е. восстановлением государства в его истинном смысле и кадровым очищением его институтов.

Второй вопрос менее важен  в чисто экономическом плане , носит скорее политический и нравственный характер, но, безусловно, он будет волновать массовое сознание гораздо больше.

Представляется, что решение его будет во многом зависеть от личностного поведения самих бенефициариев последнего двадцатилетия сегодня и в самое ближайшее время.

Сохранение им значительной части приобретенного и перспективы легально играть по правилам конкурентной рыночной экономики в обмен на их активное и эффективное содействие капитуляции преступного режима (частью которого они являлись) стало бы наиболее прагматичным сценарием  Российской мирной ненасильственной антикриминальной революции. Эта опция пока еще для них cохраняется.