twitter Facebook
140861 избирателей зарегистрировано
76315 верифицированных избираталей
82153 проголосовало на выборах в КС

Свободная тема

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Свободная тема

Первоочередные шаги по реформированию системы СИЗО

Сферой, о которой я берусь написать, поскольку по роду деятельности с ней знакома – система следственных изоляторов, в которых тысячи и тысячи людей томятся в ходе предварительного следствия по их уголовным делам, ожидают приговоров судов, откуда отправляются потом в места отбывания наказания. Тюремная система перемалывает тысячи судеб, не только заключенных, но и их родных, жизнь которых чудовищным образом меняется, когда человек попадает под стражу. Слова «передачи» и «свидания» наполняются новым, ранее неведомым смыслом.

Для начала необходимо, чтобы заключение под стражу стало исключительной мерой пресечения, реально связанной со степенью общественной опасности заключаемого под стражу. Не нормой, как это происходит сейчас, когда скучающие судьи дежурно отправляют человека, укравшего две банки кофе или упаковку носков, за решетку. Дежурная же формулировка «может оказать влияние на ход следствия по делу или скрыться от следствия» должна быть каждый раз убедительно и с фактами на руках доказана. Не может являться доказательством возможности скрыться от следствия наличие у человека загранпаспорта, это абсурд. Суд должен всесторонне подходить к избранию исключительной меры пресечения, судьи, не обосновавшие такой выбор, должны подвергаться наказанию. 

Здесь придется сделать небольшое отступление, чтоб сказать о том, что зачастую люди оказываются в следственном изоляторе уже избитые и подвергшиеся пыткам, примененным для того, чтобы склонить их к признанию, самооговору или оговору других лиц. Не только на далеком Северном Кавказе, но и в Москве к задержанным до сих пор применяются самые настоящие пытки: пытки током, пытки заковыванием, пытки удушающим целлофановым пакетом, иные виды пыток, о которых не хочется говорить. По словам заключенных, пытки в их большинстве применяют оперативные сотрудники силовых структур в специальных помещениях ОВД или служебных автомобилях, к избиениям зачастую прилагают руку и следователи. Некоторые заключенные в беседах указывают, что дали лживые признательные показания лишь для того, чтобы сохранить свою жизнь, угроза которой была реальной. Для немедленного и повсеместного прекращения пыток необходима отмена «палочной системы», показателей раскрываемости в правоохранительных органов, а в дальнейшем – постепенная замена судейского корпуса и личного состава правоохранительных органов и прокуратуры с привлечением к уголовной ответственности всех лиц, которые имели отношение к пыткам и к сокрытию информации о них.

Следует напомнить администрациям СИЗО: в них в основном содержатся люди, еще не осужденные за какие-либо преступления, чья вина еще не доказана, а приговор еще не вынесен. Да даже и те, кто уже осужден, осуждены к лишению свободы, а не к пребыванию в тяжелых бытовых условиях, к проживанию в камерах по 40 человек, где, по сравнению с европейскими нормативами, на человека не хватает метража, не к соседству с комарами и тараканами, к практически несъедобной тюремной еде – супу из гнилой капусты или сечке с килькой. Далеко не все заключенные имеют родных и близких, способных постоянно поддерживать их передачами и заказами в местном тюремном магазине по явно накрученным ценам (необходимо снизить и жестко регламентировать цены в тюремном ларьке и интернет-магазине). Поэтому многие питаются только тюремной едой. Эта еда должна быть приведена к нормальному человеческому уровню, перестать быть «баландой», превратиться в съедобную и полезную. Должна существовать диетическая пища, необходимая при определенных заболеваниях.  На каждое движение в СИЗО необходимо писать заявление. Заявления часто теряются и существенная часть законных просьб узников остается неудовлетворенной. Необходимо ввести более жесткий контроль за учетом заявлений узников, а реакция за обращением, например, за медицинской помощью, должна следовать и на устное заявление.

Совсем плохо обстоит дело в изоляторах с медицинским обслуживанием. Даже смерть юриста Магнитского не привела к ощутимым изменениям в системе здравоохранения в СИЗО. Врачей не хватает, приходящим докторам мизерные зарплаты не окупают «вредности» работы. В Москве тюремная больница в изоляторе «Матросская тишина» не укомплектована необходимыми специалистами, поэтому зачастую помещение туда становится фикцией. Необходимо твердое решение департамента здравоохранения об укомплектовании следственных изоляторов постоянными и приходящими медработниками, чтобы к стоматологу не стояла очередь в десятки человек. Особенно актуально это потому, что в СИЗО все имеющиеся у заключенного заболевания обостряются.

Отдельной пыткой в условиях следственного изолятора является пытка неизвестностью. Человек проводит недели, месяцы, а порой и годы закрытым в камере, ничего не зная о своем уголовном деле, о его развитии, о собственной судьбе и изменениях в ней. Хорошо тем, у кого есть адвокат, который иногда приходит и рассказывает, чего ждать. Но сотни и тысячи людей имеют лишь адвоката по назначению, который никогда не придет в СИЗО. И они находятся в информационном вакууме. Когда их выводят из камеры, им не сообщают, куда их ведут. Необходимо обязать следователя раз в две недели приходить в следственный изолятор и информировать подследственного о ходе следствия по его уголовному делу.
Заключенные в СИЗО должны свободно получать книги, заниматься чтением и самообразованием. Закон это предусматривает, однако на практике следственные изоляторы выдумывают все новые и новые ограничения для получения заключенными книг с воли в то время как библиотеки СИЗО укомплектованы в основном детективами. Необходима общая для всех изоляторов процедура получения с воли различных книг.

Предоставление свиданий заключенным подследственным, которое сейчас полностью отдано на откуп единственному лицу – следователю, должно быть четко регламентировано и прекратить быть средством шантажа и давления на подследственного.

С заключенными следует обращаться уважительно, лица из числа сотрудников СИЗО, не исполняющие этот принцип, должны подлежать взысканиям и увольнению. Должна быть пересмотрена процедура обыска, унижающего человеческое достоинство. 

В закон об Общественном контроле должна быть внесена норма, позволяющая общение членов общественных наблюдательных комиссий без присутствия представителей администрации, поскольку заключенные боятся о своих проблемах рассказывать, опасаясь репрессий.

В период судов заключенным должна быть предоставлена возможность полноценно готовиться к судебным заседаниям. При существующей системе конвоирования заключенных будят в пять утра и спускают на «сборку», где они часами ждут конвойную машину, которая затем ездит по другим СИЗО, собирая заключенных. Та же ситуация повторяется после процесса, и заключенный попадает в изолятор только поздним вечером или ночью, не имея возможности ни принять душ, ни подготовиться к завтрашнему процессу. Необходимо ввести правило «спуска к машине» и прямой «беспересадочной» поездки в суд.

Я привела здесь лишь самые первоочередные меры по превращению условий пребывания в СИЗО в более человеческие.